Как топили Латвийское пароходство. Часть II

В предыдущей части журналистского расследования информационное агентство BNN раскрыло часть схем, по которым фактически присваивались средства судоходной компании Latvijas Kuģniecība (LK). Сегодня – продолжение темы на базе информации от источников, близких как прошлому, так и нынешнему руководству LK. 

Касса пароходства опустошалась не только за счёт заниженной цены фрахта и завышения суммы договоров на покупку флота.

Схема №3. Приобретение непрофильных активов 

Близился конец кризисного 2008 года. Компании Ventspils nafta (VN), крупнейшему акционеру пароходства, срочно требовались деньги не только для того, чтобы баланс показывал полный ажур в бизнесе, но и чтобы выплатить акционерам солидные дивиденды. Надо было выглядеть красиво, но денег на красоту не хватало. И тогда было принято решение, что Lasco Investment, дочерняя компания Латвийского пароходства, купит у VN недвижимость в Риге, Юрмале и Вентспилсе, а также доли капитала АО Preses nams. Общая сумма сделки — 82,7 млн. латов.

Эта недвижимость для судоходного бизнеса была нужна так же, как черепахе стартовые колодки для забега на 100 метров. Но некоторые менеджеры пароходства публично заявляли в прессе, что это приобретение необыкновенно необходимо для LK. Мол, это надёжные инвестиции в недвижимость, которые без ущерба для основной деятельности судоходной компании принесут невообразимую прибыль. Профессионалы рынка недвижимости крутили пальцем у виска, Лембергс, державший руки на пульсе VN, эти самые руки и потирал.

Продажа состоялась в конце 2008 года, когда пузырь недвижимости уже сдулся, а с ним опустились и цифры купли-продажи, однако, Lasco Investment приобрела активы по докризисным ценам. Оценочная стоимость недвижимости на тот момент была значительно ниже, чем пароходство за нее заплатило. Впоследствии Lasco Investment была искусственно доведена до неплатежеспособности с тем, чтобы спрятать концы в воду. АО Preses nams объявлено неплатежеспособным.

А прятать, по словам источника BNN, было что. Например, многие документы, решения Правления подписывались задним числом, а это уже преступление, на которое некоторые сотрудники пароходства идти отказывались, поэтому в конце 2008 года компанию покинуло довольно много людей.

Как считают специалисты, если администратору Lasco Investment удастся аннулировать сделку, то VN придется вернуть пароходству около 50 млн. латов.

Схема №4. Манипуляции с финансовыми отчетами

В этом, сразу оговариваемся, нет ничего необычного, поскольку к бухгалтерским фокусам прибегают многие компании. Что касается LK, то оно чаще всего манипулировало суммой основных средств, то есть стоимостью флота. Когда нужно было получить кредит и нарисовать дивную картину для банков, ее завышали. Когда надо было прибедниться перед приватизацией, ее занижали. Конечно же, в отчетах все это скрывалось под вполне приличествующими формулировками.

Согласно отчетам компании, в 2006 году стоимость флота оценивалась в 460,9 млн. долларов, в 2007 году — 636,5 млн., в 2008 – 693,1 млн., в 2009 – 571,9 млн., в 2010 году – 570,5 млн. По данным за 9 месяцев 2011 года, флот оценивается в 527,1 млн. долларов. Как считает наш источник, сейчас этот показатель соответствует реальной ситуации.

Схема №5. Под «крышей» государства

С момента приватизации Латвийского пароходства в 2002 году, 10% его акций принадлежит Государственному агентству социального страхования (VSAA), являющемуся структурой Министерства благосостояния. Агентство это ведает пенсиями, пособиями для матерей, безработных, инвалидов. Конечно, на эти цели денег оно самостоятельно не зарабатывает, а выплачивает вспомоществования из средств социального бюджета. Но все равно: зачем государственному агентству, которому нужна стабильность и еще раз стабильность, десятина в компании, сотрясаемой скандалами и работающей себе в убыток?

На этот вопрос источник BNN ответил так: причиной тому — давешняя договоренность Айварса Лембергса с Министерством благосостояния о том, что в этих 10% есть его интерес, а человек, представляющий VSAA в Совете пароходства – персона, действующая в его интересах. До последнего времени таким человеком была Ольга Петерсоне, которая вынуждена была уйти с поста 7 декабря этого года.

Означает ли это, что незримое присутствие Лембергса в Латвийском пароходстве сходит на нет? Время покажет. А пока новое руководство LK уверяет, что сделает работу компании более прозрачной.

Тем не менее, BNN предрекает судоходной компании довольно тяжелое будущее в судебных спорах, если новый топ-менеджмент не найдет поддержки у какой-нибудь влиятельной политической силы в Латвии. Команда г-на Саймона Бодди (Simon Boddy), руководителя VN и LK, фактически играет на чужой территории; суды в Латвии работают медленно, а законы порой вообще игнорируются. Если у нового состава Правлений и Советов обеих компаний не будет политического тыла, им придется тяжело. Пока же правительственная коалиция, ключевые игроки которой пришли к власти на волне желания избирателей покончить с влиянием Лембергса, Шкеле и Шлесерса на политические и экономические процессы в стране, похоже, следует команде «Стоп машина!». И даже развитие истории с крахом Krājbanka и новые проблемы у национального авиаперевозчика airBaltic показывают, что преувеличено мнение об уменьшении значимости олигархов, особенно Айварса Лембергса.

BNN продолжает отслеживать ситуацию с развитием в Латвии транзитного бизнеса, особенно связанного с судоходством и портами. Будут новые публикации.

Ref: 017/101.000.101.192

Читайте также

1 КОММЕНТАРИЙ

  1. Основное затопление пароходства началось задолго до 2006 года, а именно, с 2003 года, когда помимо упомянутых схем на фоне устаревшего флота активно ремонтировались и сдавались на металлолом суда. Автор скромно умалчивает кто обогащался за счет параходства в это время и всем известно, что это не Лембергс.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, введите ваш комментарий!
пожалуйста, введите ваше имя здесь

Новости