Глава New Rosme: серьезная торговля идет только на Востоке

Эдгарс Штелмахерc

Исполнительный директор предприятия по производству нижнего белья New Rosme Эдгарс Штелмахерc в интервью порталу бизнес-новостей BNN.LV сообщил, что 80% продукции компания экспортирует в страны СНГ, в странах Балтии реализуются 10%, а остальные 10% поставляются в Скандинавские страны.

Кроме того он указал, что предприятие в этом году удвоит штат в Белоруссии. Приводя примеры из соседних стран, Штелмахерc отметил, что производители белья — одни из основных столпов экономики, но, к сожалению, правительство Латвии этого не осознает. Он не стал скрывать, почему продукция Rosme не продается в магазинах, а также отметил, что из-за сложных процедур по закупкам в Латвии компания предпочитает сотрудничать с соседями из Скандинавии.

Два года назад вы решили основать консалтинговое предприятие по кризисному менеджменту с партнерами Ингридой Блумой и Алдисом Гобземсом, что произошло?

Сейчас это предприятие закрыто. У нас просто не было временных ресурсов, чтобы серьезно этим заниматься. Алдис Гобземс очень занят как адвокат в своем бюро. Госпожа Блума занимается развитием программы Iespējamā misija, а также движения каучинга.

В журнале Ražots Latvijā вас назвали «Латвийским королем кружев». Как вы себя ощущаете в этой роли?

Думаю, что в данном случае речь идет скорее о New Rosme, а я просто ассоциируюсь с предприятием, на котором работаю. New Rosme — старейшее предприятие по производству нижнего белья, которое работает в Латвии с 1952 года. Бесспорно, что и в странах Балтии мы являемся лидерами по объемам выпускаемой продукции.

Как известно, New Rosme уже с 1993 года входит в принадлежащий шведам Swegmark Holding AB. В каком состоянии было это предприятие, когда два года назад вы стали его директором?

Так как я ранее работал в Lauma, то отрасль для меня не нова, и я знаю, чем здесь дышит каждый. В то время предприятие переживало довольно глубокий кризис — своевременно не успели отреагировать на неблагоприятные события в России и спад объемов продаж. Сокращение расходов и объемов производства было запоздалым решением. Это был довольно сложный период для нашего предприятия.

Удалось ли вам реализовать планы, которые вы наметили, вступая в эту должность?

Я пришел на предприятие в ноябре 2009 года, тогда убытки составляли около миллиона латов. 2010 год мы завершили с нормальной прибылью. Уже это является показателем того, что кое-что у нас получилось.

Вы также как и Lauma Lingerie создаете изделия по заказу других брендов?

Мы производим изделия как для бренда New Rosme, так и для своих акционеров — Swegmark по их дизайну. Также выполняем небольшие заказы производителей ЕС. Наши мощности не позволяют производить для больших компаний ЕС. Кроме того там была бы низкая рентабельность. Продукция, которую шьем здесь, попадает также на рынки Азии и США. Можно поспорить насчет того, являются ли бренды Франции и Италии более успешными — материалы и оборудование используем почти идентичное.

Какова пропорция экспорта на данный момент?

Около 80% продукции компания экспортирует в страны СНГ, в странах Балтии реализуются 10%, а остальные 10% поставляются в Скандинавские страны. Сейчас понемногу открываем фирменные магазины. У нас есть менеджер, который отвечает за страны Балтии, раньше его не было.

Что вам дает приз «International trophy of quality»?

На рынке России этот приз не дает ничего, а в центральной Европе мы пока нигде не представлены. Ведем переговоры с Польшей, чтобы немного посмотреть на Запад. Серьезная торговля происходит только в восточных направлениях.

Стоит ли вам принять участие в Рижской неделе моды или на выставке Ražots Baltijā?

Для нас это не очень актуально. Огромные инвестиции в маркетинг и рынок Балтии в размере 700 000 латов в год не окупились. Мы довольно осторожно смотрим на такие затраты. Установка стендов и оплата работников для выставки Ražots Baltijā стоит несколько тысяч латов. Кому там мы покажем свою продукцию? Назовите мне причину, по которой нам стоит участвовать в этой выставке? 25 домохозяек и так могут прийти в наш магазин, поэтому я не хочу участвовать в бессмысленной выставке и тратить на нее свои ресурсы. Мы участвуем в выставках в Париже, Москве и Киеве – это важные рынки для нашего бизнеса.

Заставил ли кризис производителей белья быть смелее, чтобы пробиться, или есть такие,  кто не выдержал?

По большому счету латвийские производители белья выдержали кризис. На рынке никто не пропал. По-прежнему существуют «гаражные цехи» и нелегальные предприятия, о которых нам трудно что-то сказать. Подделки нашей удачной продукции образца десятилетней давности циркулируют по всей России. Бороться с производителями контрафактов очень дорого. Да и как с ними бороться?

Почему в ЕС производство белья не признается отраслью, нуждающейся в поддержке? Даже в Латвии эта традиционная сфера отсутствует не в списке приоритетов.

Этот вопрос вам следует задать министру экономики Артису Кампарсу, а не мне. Данная отрасль всегда развивалась сама по себе без каких-либо государственных надбавок, субсидий или особых условий со стороны государства, поэтому производители белья не пробовали лоббировать свои интересы в Сейме. Мне кажется, процедуры закупок в Государственной полиции или в Национальных вооруженных силах – это такой сложный процесс, что нам нет даже смысла в них участвовать и содержать для этого целый отдел. Нам проще производить женское белье для шведской армии, чем мы и занимаемся – заказы больше, а бюрократии меньше. С точки зрения потраченного времени и вложенных ресурсов, наш приоритет – это поиск покупателей нашей продукции в России, Украине и  Казахстане. Если бы правительство раскрыло глаза и обратило внимание на географию, то заметило бы, что за морем есть акционеры H&M, и, что в Испании экономику поддерживает Inditex Group с компаниями Zara, Bershka, Massimo Dutti, Oysho и другими. То же самое можно сказать и об Италии. Текстильная промышленность очень жизнеспособна, несмотря на отсутствие поддержки государства.

Читайте также

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, введите ваш комментарий!
пожалуйста, введите ваше имя здесь

Новости